Оживленно переговариваясь на родном языке, они направились к черному ходу в «Персоль».
Логинов обошел машину, постукивая носком по колесам, и снова нырнул в салон – вроде как что-то забыл. Здесь он снова вытащил телефон и позвонил, на этот раз капитану Аникееву.
– Да!
– Леня, давай сворачивайся, обнимись с Горовым и на выход…
– Что-то случилось? – с тревогой спросил Аникеев.
– Нет. Просто тут, оказывается, есть еще один вход, для своих… Справа, за углом. Только что двое прибыли и вошли. Ты в зале их видишь?
– Нет… – после небольшой паузы сообщил Аникеев.
– То-то и оно. Поэтому сейчас уедешь, а потом встанешь где-нибудь в удобном месте и будешь всех любителей заходить с заднего хода аккуратно фиксировать… Ферштейн?
– Я-я!.. – без особого энтузиазма ответил Леньчик.
3
– А она ему и говорит: «Доктор! Давайте или туда или сюда! Вы меня раздражаете!»
– Ой, не могу! – согнулась от смеха дама бальзаковского возраста с черными, словно у овечки, кудряшками.
– Хи-хи-хи! – благовоспитанно прикрылась ладошкой ее подруга-блондинка лет тридцати восьми.
Степан Горов, рассказавший анекдот, расплылся в самодовольной улыбке, однако глаза его вопросительно смотрели на Аникеева. Степан уже понял, что Леня получил от Логинова какую-то новую вводную.
Аникеев, как человек воспитанный, дождался, когда дамы закончат смеяться, и произнес:
– Ну все, меня на работу вызывают! Очень приятно было познакомиться и все такое, но…
– Как?.. Вы сможете нас покинуть? – сделала большие глаза блондинка.
– Увы и ах! – картинно вздохнул Леньчик, потом протянул руку: – Степан…
– Давай, Леня! – кивнул Горов, для проформы пожав ладонь коллеги. – Созвонимся…